Ларрей за одни сутки после Бородинского сражения выполнил самолично 200 (!) ампутаций ко­нечностей. Николай Иванович Пирогов (1810-1881 гг.) производил такие операции, как ампутация молочной железы или вскрытие мочевого пу­зыря, за 2 минуты (!), а остеопластическую ампутацию стопы (кстати, со­хранившую свое значение до сих пор и вошедшую в историю как костно­пластическая ампутация стопы по Н. И. Пирогову)— за 8 минут (!). Во многом, правда, такая быстрота была вынужденной из-за невозможности полноценного обезболивания во время хирургической операции.

Однако бурное развитие оперативной техники не сопровождалось столь же значительным прогрессом в результатах лечения. Так, в шес­тидесятые годы XIX века в Странноприимном доме графа Шереметева в Москве (ныне Институт скорой помощи им. Н. В. Склифосовского) ле­тальность после операций составляла 16%, то есть погибал каждый ше­стой больной. И это был один из лучших в то время результатов. «Судьба науки уже не в руках оперативной хирургии... благоприятный исход операции зависит не только от умения хирурга... а и от счастья» (Н. И. Пирогов).

Преградой на пути развития хирургии стали три основные проблемы:

1. Бессилие хирургов в предупреждении заражения ран во время опе­рации и незнание способов борьбы с инфекцией.

2. Отсутствие способов обезболивания, позволяющих свести к миниму­му риск развития операционного шока.

3. Невозможность полноценно остановить кровотечение и возместить кровопотерю.

Все эти три проблемы были принципиально разрешены в конце XIX -начале XX века.

Отличие хирургии от терапевтических методов

Сейчас всю хирургию, все имеющиеся пути врачевания наиболее разнообразных болезней, все врачебные деятельности есть вероятность разделить на несколько категорий: хирургические и терапевтические. Заболевание всякого органа есть возможность врачевать как лекарственными препаратами, так и оперативно. Ишемическая болезнь сердца, к примеру, на определенной ступени с успехом лечится специалистами в области кардиологии при помощи разных фармакологических средств. В то же время по причине этого заболевания ежегодно осуществляются тысячи операций шутирования аорты сердечной мышцы, производимых посредством глубокой центральной методики вскрытия грудины на остановленном фиброзно-мышечном органе с использованием устройства заместителя кровотока. За исключением этих классических способов лечения имеются пути, фактически размещенные на черте меж без операционной методикой и операцией.

Для увеличения коронарных вен при сужении сосудов хорошо употребляется без операционная баллонная методика увеличения, для коррекции зарождающихся нарушений ритма используют введение усилителей пульса или анодов для электростимуляции в разные отделы системы органов, а иногда и в сердечную мышцу. Таким образом, рубеж меж разными методами лечения в некоторых случаях фактически исчезает.

Такие образцы есть возможность предложить относительно фактически каждого отдела либо совокупности нашего существа. И однако меж хирургическими и лекарственными методами терапии, зачастую тесно соединёнными, параллельными друг с другом, имеется принципиальное различие - наличие или недоступность видимых ранений наружных эпидерм, то есть открытой раны.

Разрыв целостности эпидермисов нашего существа прячет в себе риск формирования опасных, совсем определенных проблем (кровотечение, заражение микроорганизмами или вирусами, травма внутренностей), что требует необходимость применения особенных хирургических методов работы.

Комментировать данное есть возможность подобным образом. Для диагностирования инфаркта миокарда принципиальным хорошим путём является методика исследования коронарных артерий - рентгенографический способ исследования основных артерий сердца. Из-за того, что артерии при рентгеновском изучении нельзя отличить от от остальных дабы их "увидеть", необходимо в полость артерий ввести специализированное химическое вещество (теропит, верографин, бактезил и прочие). Оттого при коронарографическом исследовании исследуют в большинстве случаев артерию области нижней конечностив нее внедряют особый шланг, каковой передвигается инверсно в верхнюю, а потом тотальную легочную артерию и далее - в медианную вену сквозь абдоминальный и грудной ее места - до части основной артерии к точке открепления коронарных магистралей. После данного внедряют контрастный препарат и при помощи особого рентгеновского автомата, синхронизированного с устройством впрыскивающим, химическое средство, осуществляется серийная или видеосъемка.

Путь аналитический, но неужто можно не причислять его к оперативным? Конечно же, невозможно. Кажется незначительное повреждение покровных материй (пункционный прокол) в силах стать отправными воротами для эндемии, что в подобных условиях в силах послужить толчком к созреванию тяжелейшего процесса- телесного воспаления. Кроме данного, нарушение неразрывности стены arteria femoralis в силах послужить толчком к внешнему кровотечению, формированию гематомы, фальшивой истонченности сосудистой системы, разрушению кровообращения в конечности. При введении катетера может быть нарушена целостность стенки магистральной вены и ее ветвей, сфинктера сердечного участка и т.п. То есть допустимы типичные хирургические трудности. Исходя из этого коронарографическое исследование является операционным способом (характеризуется к эндотической пути вмешательства) и делается в специальном помещении, называемом кабинетом для рентгенов и операций, где осуществляются все нормы предупреждения эндемии.


назад далее

Навигация